Святцы: Соообщество Православных Прихожан

Моисей Оптинский - история Святого имени

Статьи о преподобном Моисее Оптинском

• 

Краткое житие преподобного Моисея Оптинского

Преподобный Моисей Оптинский, в миру Тимофей Иванович Путилов, родился в городе Борисоглебске Ярославской губернии. Его младший брат, тоже оптинский старец, игумен Антоний, в конце своей жизни писал автобиографию «Келейная записка». Из его записей можно познакомиться с семьёй Путиловых «из первых рук».

Родители братьев были люди православные и благочестивые, купеческого звания: Иван Григорьевич и Анна Ивановна. Отец его рано остался сиротой и как-то, горько оплакивая свою сиротскую долю, молился Господу со слезами, просил о помощи, вразумлении и утешении. По его рассказу, после этой смиренной и слезной молитвы он стал благодушнее переносить свой сиротский жребий, уповая на милость Божию.

После этого отец работал сборщиком налогов у хозяина-откупщика, и честность его была так очевидна, что хозяева постепенно повышали ему плату от двухсот рублей в год до тысячи двухсот спустя несколько лет, когда Иван Григорьевич обзавёлся семьёй. Отец строго соблюдал посты и неопустительно посещал храм Божий, пел на клиросе, был очень умён и начитан, особенно любил читать Священное Писание, церковную историю, жития святых и исторические книги. Детей воспитывал строго, сам учил грамоте, чтению, письму. В училище ни одного сына не отдал, опасаясь, чтобы не было дурного влияния на детей со стороны товарищей или по недосмотру учителя.

Мать, Анна Ивановна, была боголюбива, милостива к нищим и беднякам, смиренна, усердна к молитве. Дети её вспоминали, как часто их мать по ночам молилась Богу. С семилетнего возраста она почти ежедневно ходила к обедне в монастырь, в котором жил её родной дедушка, иеродьякон, старец маститых лет. Когда она приносила гостинец дедушке, он каждый раз говорил ей о сокровище. Когда она спрашивала: «Где же сокровище? Ибо у вас в келлии нет и сундучка», старец отвечал, что это сокровище лежит под престолом Божиим. Может быть, святой старец предугадывал её счастливую семейную жизнь и то, что три её сына будут в монашеском чине настоятелями и наставниками?

Тимофей был третьим из десяти детей Путиловых. Получив строгое, почти монашеское воспитание, сыновья этой семьи стремились к монашеской жизни, к духовному росту. Когда Тимофею исполнилось восемнадцать лет, его вместе с четырнадцатилетним братом Ионою отправили на службу в Москву к откупщику Карпышеву.

Здесь, в Москве, было много духовных святынь, можно было достать больше духовной литературы, и Тимофей даже в лавке не расставался с духовными книгами, откладывая их только с приходом покупателей. Братья познакомились с истинно духовными людьми того времени: монахиней Досифеей (по преданию, известной княжной Таракановой), старцами Новоспасского монастыря Александром и Филаретом, которые находились в духовном общении с великим старцем .

Братья окончательно утвердились в желании монашеской жизни. Их старшая сестра, Анисия, мечтала о монашестве, но по желанию отца вышла замуж и вскоре умерла. Муж её ушёл в монастырь, в Саровскую пустынь. Когда братья узнали об этом, они решили тоже поехать в Саров. Тимофею было 22 года, Ионе 18 лет. Опасаясь, что отец не даст им согласия на монашество, братья написали ему письмо, в котором объясняли, что от хозяев отошли за невозможностью жить у них и что есть у них на примете другой Хозяин, Которому они дали слово поступить в услужение. Уже из Сарова они написали отцу откровенно о своём намерении. Отец разгневался и приказал сыновьям немедленно возвращаться домой, но они не показывались ему два с половиной года.

За это время Иван Григорьевич разболелся и, когда Тимофей приехал к отцу просить прощения, отпустил сына в монастырь. А через год, после уговоров, отпустил с ним Иону. Дети очень почитали своего отца и позднее, после смерти родителя, на его простом мраморном памятнике у алтаря церкви Всех Святых, написали, что памятник сей воздвигли «Путилова дети: Моисей, игумен Оптиной Пустыни, Исаия, игумен Саровской Пустыни, Антоний, игумен Малоярославецкого Николаевского монастыря».

В Сарове братья встретились с великими старцами: уже тридцать семь лет жил там преподобный , схимонах Марк, проходивший подвиг юродства, игумен Назарий, восстановитель Валаама. Во время трёхлетнего пребывания в Сарове Тимофей пользовался наставлениями духоносных старцев. Он имел тяжёлое послушание в хлебне, а потом ходил за больным строителем отцом Исаией.

Затем брат остался в Сарове и впоследствии стал Саровским игуменом. Тимофей же поступил послушником в Свенский Успенский монастырь Орловской епархии. Вероятно, его привлекала близость рославльских и брянских лесов, где в то время спасалось много пустынножителей. К ним в 1811 году и присоединился Тимофей. Было ему в ту пору 29 лет.

Здесь Тимофей провёл десять лет, здесь был пострижен старцем Афанасием, учеником великого Паисия Величковского, в монахи, с именем Моисея, в честь преподобного Моисея Мурина. Это имя было дано ему за сходство с преподобным в гостеприимстве и страннолюбии, которое, видимо, унаследовал Тимофей от матери. Про Моисея Мурина широко известна история, когда он нарушил устав скита (не варить пищу) ради любви к странникам, и старец скита сказал, что он нарушил заповедь человеческую, но соблюл заповедь Божию.

Отец Моисей поселился вместе другими пустынниками в лесу, на берегу лесной речки. Каждый день правили всю церковную службу. В праздники к ним приходил священник, чтобы причастить их. Много молились, занимались рукоделием, обрабатывали огород, который родил только репу. Летом собирали грибы и ягоды для благодетелей, которые иногда присылали им хлеб, крупу, постное масло. Часто еды не хватало, пустынники соблюдали сухоядение. Отец Моисей и здесь нашёл себе занятие, связанное с любимыми духовными книгами: он переписывал полууставом Священные Писания. Из благоговения делал это стоя.

Часто подстерегали пустынников опасности: целую зиму кругом выли волки, расхищали огород медведи, однажды напали на них разбойники, иногда придиралась полиция. Но страшнее всего были бури, ломавшие столетние деревья. Одно такое дерево чуть не раздавило келлию отца Моисея.

В 1812 году из-за нашествия французов отшельники покинули пустынь, отец Моисей уезжал в Свенск и Белые Берега, а потом опять вернулся в пустынь. В 1816 году к нему приехал подросший младший брат Александр, чтобы разделить с ним его жизнь монаха и пустынника. Через четыре года испытания Александра постригли в монахи с именем Антония и поручили руководству старшего брата, отца Моисея, к которому отец Антоний и сохранял послушание всю жизнь.

Во время пустынной жизни отец Моисей созрел духовно, он приобрёл сосредоточенность, молчание, внимание, дар молитвы, глубокое знание учения Святой Церкви и святоотеческих творений. Из его дневниковых записей в то время можно судить о его духовной высоте: «...блеснуло в уме разумение относительно до сожительствующих со мной братий, чтобы их погрешности, видимые мною и исповедуемые ими, принимать на себя и каяться, как за собственные свои, дабы не судить их строго и гневом отнюдь не воспламеняться. Ошибки, проступки и грехи братьев да будут мои».

Не ставят светильник под спудом, и Господь, которому вся возможна суть, силен устроять любые внешние обстоятельства для своих избранников. Нет сомнений, что в подходящее время Он приведёт ищущего спасения человека в нужное место и поместит его в подобающие условия. Так и случилось с преподобным Моисеем. Когда он созрел для духовного руководства, Господь переменил обстоятельства его жизни и призвал его на высшее служение, вручив ему пастырство и настоятельство. Произошло это следующим образом.

В 1820 году, в возрасте тридцати восьми лет, отец Моисей проездом побывал в Оптиной пустыни и был представлен Калужскому архипастырю, преосвященному Филарету. Этот знаменитый подвижник всей душой с юности любил монашество. Дикий сосновый бор, окружающий Оптину пустынь, навёл его на мысль устроить при Оптиной скит. Он слыхал о рославльских пустынниках и именно им желал поручить устройство скита. Знакомство с отцом Моисеем утвердило его в этом намерении. После переписки и приглашения преподобный Моисей с братом, преподобным Антонием, и ещё двумя монахами прибыли в Оптину и поместились на монастырской пасеке.

С великим трудом новоприбывшие пустынники должны были очистить место от сосновых многовековых деревьев. Из срубленного леса построили небольшую келью, огородили забором, поставили церковь в честь Иоанна Предтечи. Отец Моисей поехал за сбором в Москву и вернулся в повозке, столь нагруженной, что ему самому места почти не оставалось.

В 1822 году храм был освящён. Преосвященный Филарет приехал в Оптину, и отец Моисей просил у него разрешения постричься в схиму. Но преосвященный видел, какие дары скрываются в будущем старце, и в ответ предложил ему священство. Отец Моисей по смирению отказывался, но, наконец, был убеждён и в 1822 году, в возрасте сорока лет, был рукоположен в иеромонахи и определён духовником Оптиной. А через три года преподобного Моисея избирают настоятелем Оптиной.

Тридцать семь лет продолжалось настоятельство преподобного Моисея Оптинского. За эти годы его трудами Оптина преобразилась. Число братии увеличилось в несколько раз. Была почти удвоена монастырская земля. Разведены фруктовые сады, заведён рогатый скот, устроена огромная монастырская библиотека, расширен собор. Также были воздвигнуты две церкви, выстроены трапеза, гостиницы, конный и скотный дворы, семь корпусов келлий, два завода, мельница и знаменитая белая оптинская ограда. Служба стала совершаться благолепно, но, что важнее всего, возвысился духовный строй обители.

Все эти громадные постройки были организованы как для обители, так и для того, чтобы дать возможность бедным заработать. Он покупал иногда за высшую, чем просили, цену вовсе ненужные вещи только для того, чтобы помочь нуждающемуся продавцу, покупал гнилые припасы, сам употребляя их в пищу, держал на жаловании сирот, одних для отпугивания ворон, других для ловли кротов. В гостинице не было установлено никакой платы, но всякому предлагалось класть в кружку по усердию. Один богатый купец спросил, не боится ли настоятель, что все будут жить даром. И преподобный Моисей ответил: «Не заплатят девяносто девять, Бог пошлёт сотого, который за всех заплатит». Купец после этого сделался благодетелем Оптиной. При приёме в обитель преподобный Моисей не требовал денежного вклада, он любил принимать больных, слепых, бедных, которые ничем не могли воздать обители. Когда при его кончине открыли ящик, где он хранил деньги, нашли один гривенник, застрявший между дном и стеною. «Верно, батюшка не заметил его, а то бы непременно и его истратил на бедных», – сказал его брат, преподобный Антоний.

Благодаря тому, что преподобный Моисей прошел тот же духовный путь внутреннего делания, что и старец Лев, между обоими строгими подвижниками сложилось глубокое взаимное понимание, единодушие. Преподобный Моисей также возлагал бремя духовного окормления братии на ученика старца – преподобного Макария. При преподобном Моисее пришёл в Оптину послушником будущий её великий светильник – преподобный старец .

Сам строгий постник и подвижник, преподобный Моисей был преисполнен самой нежной любовью к людям и снисходителен к их погрешностям. Всю жизнь преподобного можно выразить такими словами: он жил сокровенно в Боге среди непрестанных забот и попечений внешних, все свои силы отдавал служению ближним. Старец Моисей успел благополучно скрыть себя от людей, почему многие, не знавшие оптинского игумена близко, считали его, хотя и хорошим, но обыкновенным человеком, только духовные мужи ощущали благоухание добродетелей преподобного Моисея и считали его высокодуховным старцем. Но чудо его жизни и его служения – сама Оптина, процветшая и прославившаяся, ставшая, по существу, центром духовной жизни России.

Сподобился преподобный Моисей принять незадолго до своей кончины великий Ангельский образ. Весть о пострижении его в схиму и о его приближающейся кончине собрала к одру старца великое множество людей – монашествующих и мирских. С плачем и благоговением подходили они к нему, чтобы принять последнее его благословение.

В последние дни земной жизни преподобного Моисея открылось тщательно скрываемое им дарование прозорливости: больной старец, подозвал к себе келейника и сказал: «Спроси, что это за женщина? Зачем она меня беспокоит?». Келейник, не видя никакой женщины, подумал, что это бред. Но потом оказалось, что на крыльце, за дверями, действительно, долго стояла женщина, которая, получивши образок для себя, не хотела удалиться и настоятельно просила, чтобы ей дали образок и для ее сына. Узнав об этом, келейник взял образок, поднес его старцу для благословения. Старец благословил его и промолвил: «Вот теперь я спокоен», – и келейник вынес образок дожидавшейся крестьянке. Другому же посетителю, к немалому его удивлению, преподобный сказал, что в воскресенье надеется быть в церкви, и когда тот возразил, что ему по слабости сил никак нельзя служить, преподобный Моисей прибавил: «Служить нельзя, но быть можно». Слова эти сбылись в точности – в воскресенье гроб почившего о Господе старца был перенесен в церковь.

Праведная кончина преподобного старца Моисея наступила в 1862 году, на 81-м году его земной жизни. Были явлены и его нетленные честные мощи. При захоронении новопреставленного преподобного Антония разломали склеп и обнаружили гроб преподобного Моисея совершенно как новый, несмотря на сырость грунта. Приоткрыв гроб, увидели, что тело его осталось нетленным. В 1996 году он был причислен к лику местночтимых святых Оптиной пустыни, а в августе 2000 года – Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви прославлен для общецерковного почитания. Святые мощи преподобного Моисея покоятся в Казанском храме рядом с мощами его брата, игумена Антония.

Полное житие преподобного Моисея Оптинского 

Архимандрит Моисей – это подвижник, которому провидение Божие вручило заботы о возобновлении и устроении Оптиной пустыни в начале XIX столетия. При нем вопреки всем внутренним и внешним напастям в обители установился тот самый уклад, в основе которого лежало подчинение всей жизни монастыря старцам. Отец Моисей уникальным образом сумел соединить истинную нестяжательность и неустанное попечение о нуждах обители, результатом которого явился расцвет монастыря после десятилетий запустения. Но вся «экономическая политика» старца строилась на полном подчинении воле Божией и служении ближнему.

Подчас хозяйственные распоряжения отца Моисея вводили в полное недоумение их свидетелей, поскольку противоречили так называемому «здравому смыслу» – он мог действовать в явном противоречии с «интересами» обители, помогая нуждающимся, отдавая последнюю копейку нищему, покрывая чьи-либо неблаговидные поступки в надежде, что человек покается. Тем самым он обретал всё новых и новых молитвенников за монастырь, наполнял сердца паломников благодарностью и любовью к братии и настоятелю, преумножая славу обители. Нужда человека, его спасение были ему всегда важней любых – самых разумных – расчетов. И в конечном итоге он посрамил эти самые человеческие расчеты – в обители одна за другой возводились постройки, укреплялось хозяйство, не переводились благотворители. Его упование, выражавшееся в часто повторяемых словах в ответ на доводы благоразумия «Господь не оставит» – исполнялось. Но за этим не только вера, но и готовность претерпеть нужду, понести труды, поношения... Их тоже немало выпало на долю настоятеля.

Cам обладавший большой духовной мудростью, незаурядными дарованиями, о чем свидетельствуют сохранившиеся письма и наставления подвижника, он почти сорок лет возглавлял обитель, отечески заботясь о каждом из братии, укреплял их на пути ко спасению, и в результате из запущенного маленького монастырька создал славную своими молитвенниками и духовным преуспеянием братии обитель, где нищий всегда мог найти кров и хлеб, ищущий духовной пищи – мудрое наставление, запутавшийся в житейских обстоятельствах находил разумное руководство и со временем вновь обретал смысл жизни.

Дом Путиловых

Старец Моисей происходил из благочестивого семейства, подарившего миру не одного подвижника. Его отец, серпуховской гражданин Иван Григорьевич Путилов, служивший по питейным сборам, отличался даже по тем временам необычайным благочестием и усердием к исполнению церковных установлений. В роду его жены Анны Ивановны, урожденной Головиной, было несколько монашествующих, ее дед подвизался иеродиаконом с именем Иоиль в Серпуховском Высотском монастыре. По службе Ивана Григорьевича семейство неоднократно переезжало. Вскоре после женитьбы они перебрались в Воронеж. Там родилась старшая дочь Анисья. Живя в Воронеже, Иван Григорьевич посетил знаменитого подвижника, святителя , епископа Воронежского. Потом Иван Григорьевич с семейством вновь ненадолго вернулся в Серпухов, после чего переселился в Ярославскую губернию. В городе Борисоглебске 15/28 января 1782 года у него родился старший сын, названный Тимофеем в честь апостола Тимофея, память которого приходилась на восьмой день после рождения младенца (этого правила – называть детей в честь святых, празднуемых на восьмой день – Иван Григорьевич всегда строго придерживался). Всего у Путиловых родилось 10 детей, четверо умерли в младенчестве, а старшая дочь и пятеро сыновей воспитывались в строгости и благочестии.

Иван Григорьевич не просто приучал своих детей к храму, богослужению, чтению Священного Писания, но следил, чтобы они глубоко усваивали истины христианства. По возвращении из церкви расспрашивал детей о смысле того, что они слышали, объясняя непонятное. Радея о благочестии своих детей, отец не отдавал их в училище, справедливо боясь, что нравы, царящие там, могут повредить их нравственность. Старших он обучал сам, а младших учили грамоте старшие дети.

Иван Григорьевич очень любил церковное пение, пел на клиросе, разучивал церковные песнопения с детьми. По воспоминаниям, прохожие часто задерживались под окнами дома Путиловых, заслушавшись пением, доносившимся оттуда – редкими распевами в исполнении «домашнего хора» Путиловых. Иван Григорьевич был хлебосольным, гостеприимным хозяином, частыми гостями в его доме были лица духовного звания – священники, монашествующие. Неудивительно, что дети глубоко восприняли христианское учение, выросли любящими Церковь, богослужение, а старшая дочь и три сына со временем решили посвятить себя Богу и принять монашество. Но поразительно, что при всем благочестии Ивана Григорьевича это желание детей встретило с его стороны решительное неприятие. В 1800 году он насильно выдал замуж дочь Анисью, запретив ей уходить в монастырь, после чего сыновья вынуждены были скрывать свое намерение. Нрав у Ивана Григорьевича был решительный, в доме царило полное ему подчинение. В конце концов трое его сыновей стали не просто монахами, но настоятелями монастырей: Тимофей – архимандрит Моисей – в Оптиной пустыни, Иона, в монашестве Исаия, – игуменом Саровской пустыни, и младший, Александр, в иночестве Антоний – настоятелем Малоярославецкого Николаевского монастыря, хотя большая часть его жизни будет связана с Оптиной, рассказ о нем еще впереди. Но прежде чем исполнилось их желание уйти из мира, братьям Путиловым придется пережить немалые испытания.

Со временем семью постигли одно за другим разные неустройства. Жизнь дочери в замужестве не сложилась, она вскоре заболела и умерла, ее супруг, как бы осуществляя давнее желание покойной жены, ушел в Саровскую пустынь, чем подал пример и сыновьям Ивана Григорьевича. У самого Ивана Григорьевича после замужества дочери расстроились дела, и он вынужден был в 1800 году отправиться со старшими сыновьями Тимофеем и Ионой в Москву, где определил их на службу.

В Москве

Так 19-летним юношей Тимофей оказался в Москве. Большой город увлек молодого человека, в первую очередь, теми возможностями, которые он открывал для духовной жизни: юноша стремился посетить древние московские храмы и святыни, здесь легче было доставать редкие книги, которые он и приобретал, занимаясь в свободное от службы время чтением. По воспоминаниям, Тимофей откладывал книгу, только когда в лавке, где он служил, появлялись покупатели, но как только дверь за ними захлопывалась – тут же вновь погружался в чтение. Вот так и посреди большого города, в его суете и многолюдстве, можно возрастать духовно, если в сердце есть к тому стремление. Братья Путиловы посещали подвижников, о которых вскоре узнали по рассказам. Они были знакомы с монахиней Досифеей, тогда уже почитаемой старицей, проживавшей в Ивановском монастыре (по преданию – знаменитая княжна Тараканова, незаконная дочь императрицы Елизаветы, насильно постриженная в монашество и с годами в монастырском заточении посвятившая себя подвижническому служению Богу). Она особенно благоволила к благочестивым братьям, ищущим духовного окормления, и направила их к старцам Новоспасского монастыря Александру и Филарету, которые находились в духовном общении со знаменитым молдавским подвижником . Так с юного возраста братья Путиловы стали стремиться к монашеству, хотя понимали, что отец не даст им своего благословения.

Тем временем они получили весточку от зятя – мужа покойной сестры, подвизавшегося в Саровской пустыни. Его пример очень вдохновлял братьев, и вот они, не желая огорчать отца, сообщили ему, что нашли себе новое место службы, а сами отправились в Саров. 13 мая 1805 года Тимофей и Иона прибыли в Саровскую пустынь и были приняты строителем иеромонахом Исаией.

Уже из Сарова они написали отцу правду, тот страшно разгневался и велел приехать к нему, но братья остались в обители. Лишь спустя более двух лет, узнав о болезни отца, Тимофей приехал к нему мириться, тот, хоть и против своей воли, но согласился отпустить его в монастырь, а еще через год, после долгих убеждений, отпустил и Иону. Через некоторое время после этого Иван Григорьевич скончался, примиренный с сыновьями.

Начало иноческой жизни в Саровской пустыни

Саровская пустынь, когда туда прибыли Тимофей и Иона, процветала. Они застали там светильника Церкви преподобного , там же жил тогда «на покое» игумен Назарий, восстановивший Валаамский монастырь и перебравшийся на склоне лет в родную обитель. Настоятель отец Исайя также был известен высокой духовной жизнью. Имея возможность принимать наставления от таких молитвенников и подвижников, воспитываясь их примером, новоначальные послушники с первых шагов стали постигать школу иночества в самых благоприятных для этого условиях.

Послушник Тимофей сначала работал на кухне, пек хлеб, затем какое-то время ухаживал за болящим настоятелем Исаией, что позволило ему постоянно пользоваться его мудрыми советами. В 1808 году Тимофею пришлось отправиться в Москву для оформления документов, чтобы иметь возможность окончательно поступить в монастырь. Но получив все необходимые бумаги, в Саров он не вернулся, а направился в Свенский Успенский монастырь Орловской епархии. В Москве он познакомился с казначеем этой обители, бывшим здесь по делам монастыря, отцом Серафимом. Вероятно, он последовал в своем решении совету московских старцев, первых своих духовников, хорошо знавших подвижников Свенского монастыря, среди которых были и ученики старца Паисия (Величковского). Видимо, Тимофей и сам искал большего уединения, рядом со Свенской обителью находились Рославльские леса, где вдали от мира спасались пустынники, знаменитые строгостью жизни и духовными подвигами, многие из них были выходцами из Свенского монастыря.

Брат Тимофея Иона остался в Сарове, где был пострижен с именем Исаия, с 1842 года он возглавлял обитель, в должности настоятеля пробыл до своей кончины, последовавшей в 1860 году.

В Свенском монастыре

3 августа 1809 года Тимофей Иванович Путилов был определен в Свенский монастырь в число послушников. Проходил послушание пономарское, занимался также письмоводительством, читал в церкви. О его жизни той поры сохранился один рассказ: «Раз, живя в Свенском монастыре, пошел я за водою и возвращался с полным кувшином. В воротах монастыря встретился со мною игумен и, увидав воду, говорит:

– Что, брат Тимофей, верно, для чаю?

Я с удивлением ему ответил:

– Нет, батюшка, я еще им не заводился.

– А не заводился, так заведись. Да знаешь ли ты, о чем я говорю? "Чаю воскресения мертвых и жизни будущего века" – вот чем заведись».

Этот эпизод отец Моисей, будучи уже настоятелем, любил рассказывать братии.

Пустынножительство в рославльских лесах

В 1811 году Тимофей Иванович присоединился к числу отшельников, проживавших в рославльских лесах. Здесь он провел десять лет, которые стали богатой школой подвижнической жизни.

Тимофей Иванович поселился вместе с шестью пустынниками, давно уже подвизавшимися в дремучих лесах в сорока верстах от Рославля. Вот как впоследствии архимандрит Моисей рассказывал о своем пребывании с ними.

«Когда я пришел в рославльские леса, тамошние пустынники жили в трех келлиях: в одной иеросхимонах отец Афанасий, от него в версте отец Досифей, а в версте от него отец Дорофей, который впоследствии (после 1812 года) переселился ближе к нам, поставив себе келлию от нашей саженях в пятидесяти. Поселясь с отцом Афанасием, я построил для него и для себя новую келлию; это был первый опыт моего зодчества. Келлия имела шесть аршин в квадрате, с крыльцем под навесом; прихожая в два аршина длины и два ширины, далее квадратная комната в четыре аршина в длину и ширину, ибо от нее была отгорожена перегородкой спальня, шириной так же, как и прихожая, в два аршина; между прихожей и спальней в углу находилась печка, которой нагревалась вся келлия». От периода пустынножительства сохранились записки, составленные самим Тимофеем Ивановичем, которые являются интереснейшим свидетельством. Тимофей Иванович стал учеником старца Афанасия, опытного подвижника, молитвенника. Отец Афанасий со временем и постриг Тимофея Ивановича в монашество с именем Моисей, в честь Моисея Мурина. Вспоминают, что это имя ему выбрали за его гостеприимство и любовь к странникам, которыми отличался и преподобный Моисей Мурин.

Записки отца Моисея повествуют о суровой жизни отшельников в глухом лесу: «Волки постоянно выли около нас в продолжение целой зимы; но мы уже привыкли к их вою, как бы к вою ветра; а медведи иногда обижали нас, расхищая наши огороды. Мы их видали весьма близко и часто слышали, как они ломали по лесу деревья, но никогда они нас не трогали, и мы жили с ними в мире». Нередко случались сильные ураганы: «Но страшен и самый рев бури в вековом бору, когда она ходит по нему и, как трости, ломает то, что росло целые столетия». Однажды упавшее дерево чуть не убило одного из отшельников. Довелось им пережить и нападение разбойников. Пустынники ежедневно совершали службу по келлиям, а на воскресные и праздничные дни собирались на богослужение вместе. Время проводили в трудах и молитвах, занимались небольшим скудным огородом – на той почве все росло плохо. Отец Моисей читал аскетические труды святых отцов, переписывал полууставом богослужебные книги. Довелось ему переписывать и переводы святоотеческих творений, сделанные старцем Паисием (Величковским), некоторые его рукописи хранили пустынники, – «Лествицу» , труды , , и других. Изредка приходили посетители, которых старцы не оставляли без духовного наставления, со временем богомольцы стали обращаться за советом и к отцу Моисею.

В записках отца Моисея сохранились и его духовные рассуждения, свидетельствующие о внутреннем возрастании подвижника, вот один из таких фрагментов (запись сделана 15 декабря 1819 года): «Во время трапезы блеснуло в уме разумение относительно до сожительствующих со мною братий, чтобы их погрешности, видимые мною и исповедуемые ими, принимать на себя и каяться, как за собственные свои, дабы не судить их строго и гневом отнюдь не воспламеняться. Ошибки, проступки и грехи братьев да будут мои». Таковы были мудрость и смирение отшельника.

Несколько раз отец Моисей вынужден бы покинуть место своего подвига – в 1812 году, во время нашествия французов; затем в 1816 году он совершил паломничество в Киев, посетив по дороге и другие монастыри, иногда приходилось уезжать и по делам обители. Так, в 1820 году он был в Москве и тогда же заехал в Оптину пустынь, где познакомился с , Калужским владыкой. Эта встреча оказалась промыслительной. Владыка Филарет, любивший монашество, давно желал устроить в сосновом бору, окружавшем Оптину, уединенный скит и хотел поручить это рославльским пустынникам, зная об их подвижнической жизни. Отец Моисей понравился владыке своим смирением, духовной рассудительностью, у него уже был десятилетний опыт пустынножительства. После переписки с владыкой отец Моисей ответил на его приглашение перебраться в Оптину пустынь для устройства скита согласием. 6 июня 1821 года, с несколькими монахами, среди которых был уже и его младший брат (Александр приехал к рославльским отшельникам еще в 1816 году и был пострижен с именем Антоний), отец Моисей прибыл в Оптину пустынь.

Устройство Предтеченского скита Оптиной пустыни

По прибытии пустынники с благословения игумена Даниила поселились в лесной чаще, окружающей Оптину пустынь, в отдалении от монастыря, на границе его владений, там располаг Икона Моисей Оптинский Икона Моисей Оптинский Икона Моисей Оптинский Икона Моисей Оптинский